Заголовок карточки
Русско-турецкая война. 1787—1791. Сражение при Кинбурне. 1 октября 1787. Исторический очерк М.Б. Стремоухова и П.Н. Симанского
Аннотация :

Кинбурн — крепость на Кинбурнской косе (под Херсоном). В период Русско-турецкой войны 1787—1791 гг. входила в участок Черноморского побережья, оборонявшегося войсками под командованием А.В. Суворова. В 1787 г. Суворов успешно атаковал турок и, несмотря на их упорное сопротивление, почти уничтожил высадившийся десант. Потери турецкой армии составили 4500 чел., русской — около 450 чел.

В честь победы для награждения нижних чинов были отчеканены серебряные медали с надписью: «Кинбурн 1 октября 1787 года». Их были удостоены только 20 особо отличившихся воинов — остальные получили различное денежное вознаграждение. Офицеры были отмечены орденами и чинами, а Суворов — высшим российским орденом Андрея Первозванного и алмазным плюмажем на шляпу в виде буквы «К» (Кинбурн). Столица отметила победу пальбой из пушек, в церквах отслужили благодарственные молебны с упоминанием имени полководца.

Автор
  • Потемкин, Григорий Александрович – государственный и военный деятель
  • Суворов, Александр Васильевич - генералиссимус, выдающийся полководец
Периоды
  • XVIII в. (четвертая четверть)
Географический рубрикатор
  • Россия
  • Турция
Наименование
  • Русско-турецкая война. 1787—1791
  • Русско-турецкая война. 1787—1791. Сражение при Кинбурне. 1 октября 1787. Исторический очерк М.Б. Стремоухова и П.Н. Симанского
Тип ресурса
статьи
Исторический период
  • Новое время
Тема
  • военное дело
  • внешняя политика
Образовательный уровень
  • основная школа
  • углубленное изучение
Библиография: Суворов А.В. Документы: Т. 2. — Москва, 1951; Алексеев В.А. Сражение при Кинбурне 1 окт. 1787 г. // Военно-исторический сборник. 1913. № 1; Масловский Д.Ф. Оборона берегов Суворовым // Военный сборник. 1894. № 2; Петров А.Н. Вторая турецкая война в царствование императрицы Екатерины II: Т. 1. — Санкт-Петербург: Тип. Р, Голике, 1880; Строков А.А. История военного искусства: Т. 1. — Москва, 1955; Бескровный Л.Г. Русская армия и флот в XVIII веке. — Москва, 1958.
Территория
Российская империя
Народ
русские, турки
Персоналии
Екатерина II Алексеевна, российская императрица; Новиков, Степан, гренадер Шлиссельбургского полка; Потемкин, Григорий Александрович, государственный и военный деятель; Суворов, Александр Васильевич, генералиссимус, выдающийся полководец
Источники
Стремоухов М.Б., Симанский П.Н. Жизнь Суворова в художественных изображениях: Собрание портретов, картин, гравюр, рисунков, карикатур, снимков со статуй, медалей и других произведений живописцев, граверов, скульпторов и других художников. — М.: Издание кн. магазина Гросман и Кнебель, 1900; Изобр. — http://medalirus.narod.ru/Rus/p305.htm
Тело статьи/биографии :

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

«Крепостца эта имела важное стратегическое значение: она затрудняла туркам вход в Днепр и не допускала прямого сообщения Очакова с Крымом». Понимая значение Кинбурна, турки открыли против него ряд последовательных покушений… Наконец 1 октября, с рассветом, под прикрытием 600 орудий своего флота 5000 турецкий отряд из состава Очаковского гарнизона начал высаживаться на Кинбурнской косе. [C. 81]

Суворов отдал приказание не отвечать на огонь турок, сделал еще кое-какие распоряжения и пошел, по обычаю, к обедне… «Пусть все вылезут», — говорил он своим подчиненным. Спокойствие начальника не могло не предаться и войскам. Уверенность в победе была общая.

Около 3 часов дня, когда турки, роя окопы, подошли к крепости уже менее, чем на версту, полуторатысячный отряд русских энергично бросился в атаку. Завязался упорный и ожесточенный бой. Турецкие укрепления были захвачены. Началось преследование противника. Но попав при этом под фланговый огонь турецкого флота, русские [C. 83] войска отхлынули назад. Лошадь под Суворовым была ранена, и он сам, находившийся все время в первых рядах, оказался с небольшою кучкою людей среди неприятельских войск. Гренадер Шлиссельбургского полка Степан Новиков, видя опасность, угрожавшую Суворову, «умертвил штыком одного, другого за ним следующего застрелил и бросился на третьего». Критическое положение любимого начальника и подвиг Новикова воодушевили людей, и они вновь двинулись вперед. «Но предел человеческих сил был близок». Вторично попав под огонь турецкого флота, наши войска и на этот раз начали отходить назад. В числе новых жертв был и сам Суворов, раненый картечью под сердце…

Минута была критическая. Турки — «молодцы, с какими еще не дирался», как выразился потом Суворов в своем донесении Потемкину, — произвели бешеную атаку, безостановочно лезли на наши штыки. Картечь турецкого флота образовала настоящий «ад» — «Но Бог дал мне крепость, — пишет Суворов, — и я не сомневался».

Было уже около 6-ти часов вечера.

Пренебрегая мучительной раной, Суворов повел вперед свои последние резервы. Натиск этого двухтысячного отряда был ужасен, турецкие укрепления — взяты. Началось страшное избиение противника. Бежать последнему некуда: турецкие суда, попавшие под огонь крепостных орудий, уже отошли от берега… Приходилось бросаться в море… Из 5-тысячного десанта спаслось не более 600—700 человек, остальные погибли…

Трудно описать, с каким восторгом была принята весть об этой победе и Потемкиным, и в Петербурге. Уединенное, изолированное положение Кинбурна в связи с нелегкой обороною длиннейшей береговой линии вызывало самые серьезные опасения за участь суворовского отряда… [C. 84]

Потемкин неоднократно указывал на это императрице. «Молю Бога, — отвечала она ему, — чтобы вам удалось спасти Кинбурн». «Дай Боже не потерять Кинбурна», — повторяла Екатерина и в следующем письме, видя же глубокое уныние Потемкина, утешала его: «Империя останется империею и без Кинбурна; то ли мы брали и потеряли?»

Неготовность к войне, медленные сборы главной армии не позволяли Потемкину перейти от обороны к наступлению. Единственное же орудие, с которым еще можно было атаковать турок, — Севастопольский флот, «любимое создание» светлейшего, — 9 сентября на пути к Варне был разметан неожиданно налетевшей бурей…

Судя по письмам к императрице, Потемкин пришел в полное отчаяние. «Бог бьет, а не турки, — пишет он государыне. — Я… поражен до крайности: нет ни ума, ни духу…». Он просит о «поручении начальства другому», говорит о том, что останется «простым человеком, кончит в уединении и неизвестности жизнь», которая, как он думает, «и не продлится»; говорит о необходимости вывести войска из Крыма… Императрица ободряла светлейшего, насколько умела и могла, но, конечно, и сама чувствовала, что дела идут плохо…

«Кинбурн» изменил все. Он поднял дух Потемкина, влил новые силы в его деятельность, уничтожил опасения за судьбу побережья и Крыма. Он придал совсем иную окраску и тому томительному периоду вынужденной обороны… «Под Кинбурном я отбил у турок охоту делать высадки», — говорил потом сам Суворов.

По представлению Потемкина императрица наградила победителя орденом Св. Андрея Первозванного и удостоила его собственноручным рескриптом. «Чувствительны нам раны ваши», — писала она Суворову.

Зиму 1787—88 годов Суворов прожил в Кинбурне, а летом 1788 года был привлечен к армии, под начальством самого Потемкина осадившей Очаков. [C. 86]


Текст публикуется без примечаний.

На страницах 82 и 85 — иллюстрации.

Вид вспомогательного материала
  • Исследования историков
  • Иллюстрация

документы:

биография:

изображения:

статьи: