Заголовок карточки
Речь Петра Алексеева на суде. 9 марта 1877
Аннотация :

Рабочий Петр Алексеев был распропагандирован народниками «кружка москвичей», образовавшие впоследствии Всероссийскую социально-революционную организацию. На «Процессе 50-ти» 9 марта 1877 г. он произнес яркую обличительную речь, вошедшую в историю революционного движения в России.

Его речь была в 1877 г. отпечатана в тайной типографии в Петербурге, в лондонском журнале «Вперед!», а также в других нелегальным типографиях. С тех пор она неоднократно переиздавалась нелегально и получила широкое распространение.

См: Алексеев, Петр Алексеевич. Биографическая справка.

Автор
  • Алексеев, Петр Алексеевич – рабочий, революционер-народник
Периоды
  • XIX в. (четвертая четверть)
Географический рубрикатор
  • Россия
Наименование
  • Всероссийская социально-революционная организация
  • Кружок «москвичей» – народническая организация
  • Народничество революционное
  • Процесс 50-ти. 21 февраля – 14 марта 1877
Тип ресурса
документы
Исторический период
  • Новое время
Тип исторического источника
  • Письменный источник
Тема
  • внутренняя политика
Образовательный уровень
  • основная школа
  • углубленное изучение
Библиография: Государственные преступления в России в XIX в. Сборник из политических процессов и других материалов, относящихся к истории революционных и оппозиционных движений в России / Составлен под редакцией Б. Базилевского [В. Богучарского]. Том II – [б.м., 1906]; Джабадари И. Процесс 50-ти // Былое. 1907, № 9, 10; Любатович О.С. Далекое и недавнее. – М., 1930; Неопубликованные письма П. Алексеева // Каторга и ссылка. 1927. № 5; Письмо М.Э. Новицкого об убийстве П.А. Алексеева / Пути Революции. Харьков. 1925. № III; Революционеры 1870-х годов. Воспоминания участников народнического движения / Сост. В. Н. Гинев ; Науч. ред. С. С. Волк. - Л.: Лениздат, 1986; Рабочее движение в России в XIX в. Сб. документов и материалов / под ред. А.М. Панкратовой. Т. 2. Ч. 2, [M.], 1950;

Антонов В.Ф. Революционное народничество – М., 1965; Богучарский В. Я. Активное народничество семидесятых годов. – М.: Изд-во М. и С. Сабашниковых, 1912; Волховский Ф. Ткач П. А. Алексеев. – СПб., 1906; Глинский Б.Б. Революционный период русской истории (1861–1881 гг.): Исторические очерки. Ч. II. – СПб., [типография Т-ва А.С.Суворина], 1913; Итенберг Б.С. Движение революционного народничества. Народнические кружки и «хождение в народ» в 70-х годах XIX в. – М., 1965; Каржанский Н.С. Московский ткач Петр Алексеев. – М., 1954; Корнилов А.А. Общественное движение при Александре II (1855-1881). Исторические очерки. – М., 1906; Майнов И.И. Петр Алексеевич Алексеев. 1849-1891. – М.: Изд. Красная Новь, 1924; Миндлин Э. Л. И подымется рука… Повесть о Петре Алексееве. — М.: Политиздат, 1973. (Серия «Пламенные революционеры»); Островер Л. И. Пeтр Алексеев. — М.: Молодая гвардия, 1964. (Серия «Жизнь замечательных людей»); Пекарский Э. К. Рабочий П. Алексеев // Былое. 1922, № 19; Струминский М.Я. Петр Алексеев в Якутской ссылке. – Якутск, 1940; Уроева А.В. Великое пророчество русского рабочего-революционера Петра Алексеева.– М., 1977; Черная книга имен, которым не место на карте России. Сост. С.В. Волков. М., «Посев», 2004.

Территория
Российская империя
Народ
русский
Персоналии
Алексеев, Петр Алексеевич – рабочий, революционер-народник
Язык оригинала
русский
Источники
Составитель – Пелевин Ю.А.; Государственные преступления в России в XIX в. Сборник из политических процессов и других материалов, относящихся к истории революционных и оппозиционных движений в России / Составлен под редакцией Б. Базилевского [В. Богучарского]. Том II – [б.м., 1906]. С. 333; изобр. - История СССР с древнейших времен до наших дней. Т. V. – М.: Изд-во «Наука», 1968. Суперобложка.
Тело статьи/биографии :

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В своей выступлении рабочий Петр Алексеев обрисовал тяжелое и бесправное положение рабочих, подверг критике реформу отмены крепостного права 1861 года. Выразил уверенность в том, что революционная интеллигентская молодежь пойдет неразлучно с народом по пути освобождения российского пролетариата.

Всеобщую известность приобрели его заключительные слова: «Поднимется мускулистая рука миллионов рабочего люда и ярмо деспотизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в прах». Они стали хрестоматийными и вошли во все школьные учебники.

В официальном сообщении о речах подсудимых было только кратко упомянуто, но тексты их речей были переданы «на волю» и тут же две из них (Алексеева и Бардиной) были отпечатаны в нелегальной петербургской типографии А. Н. Аверкиева, который поплатился за это ссылкой. Тексты с речами подсудимых распространились по всей России. В том же году они были напечатаны за границей в пятом томе «Вперед!» (вместе с речами Г. Здановича и С. Агапова). Материалы «Процесса 50-ти» поместили также и другие органы русской революционной эмиграции — «Набат», «Работник», «Общее дело».

Существуют несколько вариантов знаменитой речи и «пророческих» слов пролетария Петра Алексеева. Выявлены три печатных варианта, опубликованные в нелегальных изданиях: 1) "Речь рабочего Петра Алексеева" – СПБ., 18771. 2) "Речь, произнесенная крестьянином Смоленской губернии Петром Алексеевым в Особом присутствии Правительствующего сената 10 марта 1877 г."2 3) "Речь, произнесенная крестьянином Смоленской губернии Петром Алексеевым на суде, перед Особом присутствием Правительствующего Сената 10 марта 1877 года (стенографический отчет)"3.

При сличении заключительных слов оратора в нелегальных изданиях обнаруживается, что в двух печатных вариантах говорится о «руке миллионов рабочего люда»4, а третий печатный вариант дает отличную от предыдущих редакцию: «подымится эта мускулистая крестьянская рука, и огражденное солдатскими штыками ярмо деспотизма разлетится в прах"5. Такие же заключительных слов речи П. Алексеева встречаются в одном из рукописных списков6 и в воспоминаниях Дебагория-Мокриевича7. Редакция текста речи П.Алексеева в ее третьем печатном варианте с «крестьянской рукой» отразила содержание и идеологическую сущность революционных народников. Они считали ведущим революционным классом крестьянство, а пролетариату отводили роль связующего звена между интеллигенцией и крестьянством в деле политического просвещения и пробуждения его к социальной борьбе.

 

Пелевин Ю.А. 

---------------------------------------

1 Листовка, изданная нелегальной типографией Н.А.Кузнецова и А.Н.Аверкиева в СПб. Речь также напечатана в лондоне в журнале "Вперед" (1877. Т. V. С. 30-35.). Этот вариант перепечатывался во всех изданиях речи Петра Алексеева последующих лет за исключением брошюры "Речь, произнесенная крестьянином Смоленской губернии П. Алексеевым на суде, пред Особым присутствием Правительствующего Сената 10 марта 1877 года" (Женева, тип. "Общее дело",1891).

2 Листовка издана тип. "Набат" в Женеве, напечатана также в журнале "Общее дело" (№ 1. I877. С. 14-15), и в брошюре: "Речь, произнесенная крестьянином Смоленской губернии Петром Алексеевым на суде, пред Особым присутствием Правительствующего Сената 10 марта 1877 года" (Женева, тип. "Общее дело", 1891.).

3 Листовка хранится в Российский государственный архив литературы и искусства, ф. 1065, оп. 4, д. 70. Этот вариант не перепечатывался ни в одном из известных изданий речи П.Алексеева.

4 "Речь рабочего Петра Алексеева" – СПб. 1877. С. 4; "Речь, произнесенная крестьянином Смоленской губернии Петром Алексеевым в Особом присутствии Правительствующего Сената 10 марта 1877 г." – Женева, тип. "Набат", б.г. С. 8.

5 Российский государственный архив литературы и искусства, ф. 1065, oп. 4, д. 70, л. 1 об.

6 Российский государственный исторический архив, ф. 1410, оп. 1, д. 194, л. 4 об.

7 Дебагорий-Мокриевич В. Воспоминания. М., 1906, С. 262.

 

 

 

Речь Петра Алексеева. 9 марта 1877

Мы, миллионы людей рабочего населения, чуть только станем сами ступать на ноги, бываем брошены отцами и матерями на произвол судьбы, не получая никакого воспитания, за неимением и времени от непосильного труда и скудного за это вознаграждения. Десяти лет — мальчишками нас стараются проводить с хлеба долой на заработки. Что же нас там ожидает? Понятно, продаемся капиталисту на сдельную работу из-за куска черного хлеба, поступаем под присмотр взрослых, которые пинками и розгами приучают нас к непосильному труду, питаемся кое-чем, задыхаемся от пыли и испорченного, зараженного разными нечистотами воздуха. Спим, где попало — на полу, без всякой постели и подушки в головах, завернутые в какое-нибудь лохмотье и окруженные со всех сторон бесчисленным множеством разных паразитов. В таком положении некоторые навсегда затупляют свою умственную способность, и не развиваются нравственные понятия, усвоенные еще в детстве, остается все то, что только может выразить одна грубо воспитанная, всеми забытая, от всякой цивилизации изолированная, мускульным трудом зарабатывающая хлеб рабочая среда... Вот, что нам, рабочим, приходится выстрадать ярмом капиталиста в этот детский период...

И какое же мы можем усвоить понятие по отношению к капиталистам, кроме ненависти?... Я несколько знаком с рабочим вопросом наших собратьев-западников. Они во многом не походят на русских: там преследуют, как у нас, тех рабочих, которые все свои свободные минуты и много бессонных ночей проводят за чтением книг, напротив, там этим гордятся, а об нас отзываются, как о народе рабском, полудиком. Да как иначе об нас отзываться? Разве у нас есть свободное время для каких-нибудь занятий? Разве у нас учат с малолетства чему-нибудь бедняка? Разве у нас есть полезные и доступные книги для работника? Где и чему они могут научиться? А загляните в русскую народную литературу. Ничего не может быть разительнее того примера, что у нас издаются для народного чтения такие книги, как «Бова королевич» «Еруслан Лазаревич», «Ванька Каин», «Жених в чернилах и невеста во щах» и т. п. Оттого-то в нашем рабочем народе и сложились такие понятия о чтений: одно — забавное, а другое — божественное. Я думаю, каждому известно, что у нас в России рабочие все еще не избавлены от преследований за чтение книг; а в особенности, если у него увидят книгу, в которой говорится о его положении — тогда уж держись! Ему прямо говорят: «ты, брат, не похож на рабочего, ты читаешь книги». И страннее всего то, что и иронии незаметно в этих словах, что в России походить на рабочего — то же, что походить на животное...

Крестьянская реформа 19 февраля 61 года, «реформа» «дарованная», хотя и необходимая, но не вызванная самим народом, не обеспечивает самых необходимых потребностей крестьянина. Мы по-прежнему остались без куска хлеба, с клочками никуда негодной земли и перешли в зависимость к капиталисту. Именно, если свидетель, приказчик фабрики Носовых, говорит, что у него, за исключением праздничного дня, все рабочие под строгим надзором, и неявившийся в назначенный срок на работу не остается безнаказанным, а окружающие ихнюю сотни подобных же фабрик набиты крестьянским народом, живущим при таких же условиях, — значит, они все крепостные. Если мы, к сожалению, нередко бываем вынуждены просить повышения пониженной самим капиталистом заработной платы, нас обвиняют в стачке и ссылают в Сибирь, – значит, мы — крепостные. Если мы со стороны самого капиталиста вынуждены оставить фабрику и требовать расчета, вследствие перемены доброты материала и притеснения от разных штрафов, нас обвиняют в составлении бунта и прикладом солдатского ружья приневоливают продолжать у него работу, а некоторых, как зачинщиков, ссылают в дальние края, — значит, мы – крепостные. Если из нас каждый отдельно не может подавать жалобу на капиталиста, и каждый встречный квартальный бьет нам в зубы кулаком и пинками гонит вон, — значит, мы – крепостные. Из всего мною вышесказанного видно, что русскому рабочему народу остается только надеяться самим на себя и не от кого ожидать помощи, кроме от одной нашей интеллигентной молодежи...

Председатель вскакивает и кричит: «Молчите! Замолчите!» Петр Алексеев (возвысив голос, продолжает):

Она одна братски протянула к нам свою руку. Она одна откликнулась, подала свой голос на все слышанные крестьянские стоны российской империи. Она одна до глубина души прочувствовала, что значат и отчего это отовсюду слышны крестьянские стоны. Она одна не может холодно смотреть на этого изнуренного, стонущего под ярмом деспотизма, угнетенного крестьянина. Она одна, как добрый друг, братски протянула к нам свою руку и от искреннего сердца желает вытянуть нас из затягивающей пучины на благоприятный для всех стонущих путь. Она одна, не опуская рук, ведет, раскрывая все отрасли для выхода всех наших собратьев из этой лукаво построенной ловушки, до тех пор, пока не сделает нас самостоятельными проводниками к общему благу народа. И она одна неразлучно пойдет с нами до тех пор, пока (говорит, подняв руку) подымится мускулистая рука миллионов рабочего люда... Председатель волнуется и, вскочив, кричит: «Молчать, молчать!» Петр Алексеев (возвышая голос)... и ярмо деспотизма, огражденное солдатскими штыками, разлетится в прах...

 

Государственные преступления в России в XIX в. Сборник из политических процессов и других материалов, относящихся к истории революционных и оппозиционных движений в России / Составлен под редакцией Б. Базилевского [В. Богучарского]. Том II – [б.м., 1906]. С. 333.

 

Вид исторического источника
  • Политический документ