Бытование книги в Киевской Руси

Заголовок карточки
Бытование книги в Киевской Руси
Аннотация : Книга была действенным средством распространения христианской веры на Руси.
Хронологический указатель
  • Древнерусское государство
  • X в.
  • XI в.
  • XII в.
  • XIII в.
Тип ресурса
  • статьи
Библиография
История образования и педагогической мысли за рубежом и в России: Учеб. пособие для студ. вузов / Под ред. З.И. Васильевой. - М.: Издательский центр Академия, 2002; История педагогики и образования / Под ред. А.И. Пискунова. - М., 2003; В.Г. Кинелев, В.Б. Миронов. Образование, воспитание, культура в истории цивилизаций. - М.: Владос, 1998.
Персоналии
Иоанн Златоуст, Авраамий Смоленский, Ярослав Мудрый
Источники
Пелевин Ю.А.; Изобр. - http://www.affresco.ru/Rospis1.html
Тело статьи/биографии :

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Бытование книги в Киевской Руси

 

Книга была действенным средством распространения христианской веры на Руси. Киевские власти распространяли новую веру не только мечом и насилием, но и книгой. 

В Киевской Руси, как и в Византии, книги писали на пергаменте. Он изготовлялся из телячьей или бараньей кожи (по-другому славяне называли его «телятиной» или «харатьей»). Лучший пергамент выходил из кожи ягненка. Изготовление пергамента требовало сложной технологии и высокого профессионального мастерства: со шкуры срезали мясо, шерсть, щетину; выстругивали и выскабливали специальными ножами до ровной поверхности; потом чистили золой и поташом; затем обезжиривали мелом и выглаживали пемзой. В XI-XII столетиях на Руси делать пергамент не умели и ввозили его из Византии или западных стран. В XIII веке большинство древнерусских книг уже писаны на отечественном пергаменте. В XIV веке на Руси появилась бумага, которая тогда же окончательно вытеснила пергамент. 

Пергаментом дорожили, его берегли, потому среди «кожаных книг» нередко встречаются палимпсесты (дословный перевод с греческого - «снова скоблю»). На палимпсесте стерт первоначальный текст и написан другой. Для историков, конечно, всегда интереснее старые письмена, чем новые. С помощью современных технических средств старый текст возможно прочитать. 

Исписанные пергаментные листы сшивались и переплетались в деревянные доски (отсюда выражение: «прочитать книгу от доски до доски»). У особо важных книг деревянный переплет обтягивался кожей или покрывался драгоценным окладом из серебра и золота. Например, напрестольные Евангелия-апракос или княжеские любимые книги. Общеизвестным образцом последнего является оклад Мстиславова евангелия начала XII века – шедевр ювелирного искусства. С XI по XIV век сохранилось 708 харатейных книг, то есть писаных на пергаменте[1]. 

Простые люди на пергаменте не писали, а использовали бересту – доступный писчий материал. На бересту книг, конечно, не переписывали, зато на бытовом поприще, мы помним, использовали очень широко. 

Пергаментные книги стоили безмерно дорого. Например, известно, что один князь заплатил за «Молитвенник», книгу не такую уж большую по объему, 8 гривен кун, а село купил за 50 гривен кун[2]. Приобретать и читать книги могли только богатые люди, вернее очень богатые: князья, бояре, архиереи, посадники – то есть высшая городская элита. Книги привозили на продажу из Византии или из балканских православных стран. Но зачастую переписывались по заказу в самой Киевской Руси. Заказчики книг не жалели средств для их украшения: великолепные миниатюры, затейливые инициалы и изысканные заставки – все это расписывалось золотом и киноварью. Их также переплетали в драгоценные оклады. 

Книги были не только источником знаний о христианской вере, но и предметом престижа и представительности владельца, что не чуждо и нашему времени. 

Во-первых, книжность была своеобразной привилегией самых верхних слоев общества. А, во-вторых, книги бытовали преимущественно в городах. Деревни и села оставались без них, хотя, разумеется, в сельских приходских храмах должны были быть типикарные, уставные служебные книги. «Что касается до жителей сел, – писал Е.Е. Голубинский, – то об них можно думать,<…> что они оставались еще совершенно безграмотными или что грамотность была между ними не более как чрезвычайно редким исключением»[3]. 

Говоря о степени распространенности книжных знаний в Древней Руси, следует иметь в виду, что книгу не только читали, но еще более слушали. В средневековье во всех странах было широко распространено чтение вслух, причем в разных слоях общества. Существовали даже специальные чтецы, сделавшие из подобного занятия профессию[4]. Это было богоугодное, просветительское дело. Иоанн Златоуст, чьи сочинения (и приписываемые ему) были чрезвычайно распространены в Киевской Руси, в «Слове о лживых учителях» настаивал на чтении Святого Писания вслух: «Горе же тому, иже не почитает святых книг писания перед всеми, но яко Иуда скрываяй талант рекше учение господне, сведению, толкованию испытывающу, яко Арий безумный ино храняще книги <…> и моряще инех гладом духовным»[5]. 

Однако такое чтение в древнерусских условиях было ограничено. Вслух читали книги или в монастырской трапезной, или в княжеских, боярских палатах, или на худой случай в доме священника. 

Любопытные сведения о таком чтении имеются в «Житии Авраамия Смоленского» начала XIII века. Преподобный Авраамий, монах, обличал монастырскую корысть, пьянство и разврат. Он читал братии и приходящим в монастырь из окрестных сел богомольцам книги о «лихих пастухах», подразумевая духовенство – «плохих пастырей». 

В период Киевской Руси возникают, если и не библиотеки в полном смысле этого слова, то, во всяком случае, небольшие книжные собрания. 

В Киево-Печерском монастыре, из которого вышло пять древнерусских писателей[6], не было общей монастырской библиотеки. Книги находились в частной собственности монахов. У некоторых из мнихов было даже и по нескольку книг. Позднее, видимо, образуется общая монастырская библиотека. 

Ярослав Мудрый положил начало активному книжному делу на Руси. Он «собрал писцов многих, и переводили они с греческого на славянский язык. И написали они книг множество, ими же поучаются верующие люди и наслаждаются учением божественным»[7]. Из этих слов летописца можно заключить, что Ярослав организовал скрипторий – мастерскую по переписке церковных книг, возможно, первую на Руси.

 

«Ярослав же, как мы уже сказали, любил книги и, много их написав,[8] положил в церковь святой Софии, которую создал сам»[9]. Этот книжный вклад послужил основой одного из первых книжных фондов Древней Руси. К несчастью, книги и иконы киевского Софийского собора погибнут в огне 1240-го года, когда татары штурмом возьмут город.

 

Храмовые собрания книг были и в других древнерусских городах. В Новгороде собирателем книг стал кафедральный Софийский собор. Известно хранилище книг и в полоцком соборе. Юрьев монастырь под Новгородом также собирал и берег многие книги. 

Однако общий уровень образованности древнерусских церковников был весьма низок: древние книжники путали Новый Завет с Ветхим, а священников приходилось вразумлять, что «пророки жили и проповедовали гораздо раньше Христа, потому что зачастую до XVI в. встречались такие, которые считали пророков преемниками апостола Павла»[10]. 

Итак, книжная культура Киевской Руси есть культура религиозная, привилегированная, дорогостоящая, городская. Наряду с высокой книжной культурой существовала письменная культура простого народа - «низовая» культура на уровне хозяйственно-бытовой деятельности, нашедшей свою реализацию в берестяных грамотах, в надписях на домашних вещах, в граффити. 

Пелевин Ю.А.

 



[1] Кусков В.В. История древнерусской литературы. - Изд. четвертое, исправленное и дополненное. – М.: Высшая школа, 1982. С. 5. См. также: Волков Н.В. Статистические сведения о сохранившихся древнерусских книгах XI—XIV вв. // Памятники древней письменности. – СПб., 1897. № 123; Жуковская Л.П. Памятники русской и славянской письменности в книгохранилищах СССР // Советское славяноведение. 1969. № 1.

[2] Котков С.И. Памятники письменности русского языка // Русский язык. Энциклопедия. – М., 1979. С. 193.

[3] Голубинский Е.Е. История русской церкви. – Т. 1. Первая половина тома. - М., 1901 (Репринтное переиздание. – М., 1997). С. 727.

[4] Рыбаков Б.А. Просвещение // Очерки русской культуры XIIXV вв. Ч. 2. Духовная культура. – М.: Изд-во МГУ, 1970. С. 170.

[5] Слово о лживых учителях святого отца нашего Иоанна Златоустого // Клибанов А.И. Духовная культура средневековой Руси. – М., 1996. С. 307-308. См. Также: Яковлев В.А. К литературной истории древнерусских сборников. Опыт исследования «Измарагда». – Одесса, 1893. С. 46-47.

[6] Сам преподобный Феодосий, неизвестный по имени летописец, Симон, Поликарп и Нестор.

[7] Повесть временных лет / Подготовка текста, перевод, статьи и комментарии Д.С. Лихачева. Под ред. В.П. Адриановой-Перетц. – Изд. второе. – СПб.: Наука, 1996. С. 204.

[8] Не исключено, что Ярослав лично занимался переводами книг.

[9] Повесть временных лет. С. 204

[10] Аничков Е.В. Язычество и Древняя Русь. – СПб., 1914. С. 37.

Эксперт
Пелевин Юрий